Фанф И, кстати, да... by DieOtter мини, Майкро-Айс, Джок / Остальные виды спорта / Спорт онлайн - зимние и летние виды спорта. Обсуждения.
Авторизация



Напомнить пароль
Регистрация

Остальные виды спортаФанф И, кстати, да... by DieOtter мини, Майкро-Айс, Джок

Автор: Die_Otter
Название: И, кстати, да…
Редактор-бета: Skadi
Посвящение: Тем, кто бездумно и пафосно бросается чужими мыслями, не понимая их. Тем, кто любит совершать жестокие поступки, чтобы привлечь внимание, и причиняет боль любящим их.
Музыка: голос Валерия Александровича.
Жанр: грустно, но мой редактор сказала, что фанф дарит надежду, и это хорошо ^^

И, кстати, да…

Говорят, что люди не меняются. Это неправда.
Сегодня мне исполнилось 35. И мое детское прозвище давно кануло в Лету, раздавленное весомостью официального – Майкл Райс.
Я поскреб трехдневную щетину на подбородке и запустил пальцы в густую копну черных волос, откидывая назад излишне отросшие патлы. Затем сделал первый шаг наверх.
.
Вулкан Бь. Самая высокая точка Акиллианы. Место, откуда открывается красивейший вид на заснеженное лицо планеты. Место, откуда 15 лет назад на нас напала сама Смерть.
.
Долгое время я просто иду. Затем привычным жестом достаю из кармана пачку сигарет и зажигалку. Всегда именно на этом повороте. Всегда. Никогда бы не подумал, что «всегда» для меня будет значить «15 лет». Затягиваясь и декламируя про себя детский стишок про «…это Родина моя, всех люблю на свете я…», преодолеваю приметный скол на камне, знаменующий середину пути.
.
Вулкан Бь извергался только один раз за всю свою историю. И его пробуждения Акиллиана не выдержала. Дыхание исчезло навеки, а на теле планеты зияло теперь огромное выжженное пятно, покрытое толстым слоем застывшей лавы и пушистых черных снежинок. Из космоса это выглядело точь-в-точь, как разодранная и окровавленная грудная клетка с вырванным сердцем. И в центре всего стоял вулкан Бь. Много сердец неслышно для живых билось теперь в унисон с ритмичным гулом, издаваемым некой безумной жизнью на дне его жерла. Много сердец, ждущих, когда их услышат. Когда их найдут. Когда уже можно будет разрешить сожженным до костей телам перестать кричать, не издавая и звука.
.
Сигаретный окурок, истошно кувыркнувшись, тающим огоньком рухнул вниз. Только теперь я могу думать, зачем пришел.
.
Мы были такие гордые. Потеряв Дыхание, мы решили не «позорить» свое трижды чемпионское звание тщетными попытками выиграть Кубок без потока. Мы ушли и смогли найти себя - каждый в чем-то своем: кино, флористике, физике, политике, счастливом замужестве, тренингам по йоге или мелких махинациях. Было больно, было странно и неестественно, но мы справились. Ты – нет. Твоей единственной силой всегда был футбол, ты упивался им, бросая на алтарь победы любые человеческие отношения. Ты мнил себя человеком без слабостей, хотя все знали, что футбол и есть твоя самая уязвимая болевая точка. И, может, еще женщина, вырастившая тебя, и мужчина, назвавшийся твоим отцом.

Комментарии (14)
rss свернуть / развернуть
Почти у цели. Здесь так тихо… У входа в туннель – простой белый мемориал и множество цветов. Фотографии детей, взрослых, пожилых – улыбающиеся, счастливые. Лишь чуть-чуть припорошенные снегом и золой. И свечи. Зябко кутаюсь в куртку и поворачиваюсь к ним спиной. Смотрю с огромной высоты обрыва на бескрайнее море снега и вдыхаю морозную тревогу этого места. Закрываю глаза и слышу твой голос…
.
«- Все умирают с рождения. Быстрее или медленнее.
- Я не чувствую, что умираю. Я чувствую, что живу. – я плавно, чтобы не раздражать тебя, делаю шаг к кровати. Ты бледен. Твои рыжие волосы стремительно теряют блеск, зато изумрудные глаза все ярче сияют фанатичным, лихорадочным огнем. Оранжевые веснушки еще больше оттеняют фиолетовые мешки под нижним веком. Пальцы нервно постукивают по твердой обложке книги.
- А ты попробуй хоть раз в жизни подумать, а не почувствовать. Мысли – лучшее лекарство от чувств! – ты высоко и неестественно смеешься. Тебе 21, и уже более полугода ты находишься в этой клинике. Хотя они предпочитают звать ее Дом. Тебе не становится лучше, скорее, даже наоборот.
Я поправляю тебе подушку, и ты тут же взрываешься, отшвыривая ее и охапками кидая мне в лицо придуманные оскорбления и обвинения. Что я не был там вовремя и не помог. Что я не был там вовремя. Что я не был там.
Заходишься сухим кашлем и слезами, и я в который раз пытаюсь начать:
- Они верят, что прощение исцеляет…
- Они верят! – тебя снова переклинивает, и ты презрительно восклицаешь чужую фразу, закатывая покрасневшие глаза – Возможно ли это! Эти люди в своем лесу еще не слышали о том, что вера мертва…
И, как всегда, через секунду ты приходишь в себя и с улыбкой весело произносишь:
- Но я не хочу пугать тебя, Майки! Расскажи о ребятах. Расскажи о футболе…
И я снова принимаюсь рассказывать…»
.
На курносый нос падает тяжелая, почти заледеневшая капля дождя. Я морщусь, снова ерошу волосы и направляюсь к мемориалу, впервые за время пути вспоминая о нежном грузе, бережно укутанном в моем полупустом рюкзаке.
«Звезды Акиллианы вечны,» - говорил мне Норату, продавая сегодня эти редкой красоты и гармонии цветы, - «И слава их не пройдет никогда.»
«Все пройдет. Пройдет и это.» - вспоминается мне тонкая татуировка строгим шрифтом у тебя на запястье.
Трясу головой, чтобы выбить из нее чужие убеждения. Чтобы не потерять себя в погоне за чужой целью по чужому мне пути. Кладу цветы и пишу на приготовленной заранее бумаге:
свернуть ветку
.
«Майа Ингварра»
Она ушла одной из первых. Так и не выйдя из транса в своей пещере у подножья вулкана Бь. Молюсь, что она не успела почувствовать боль.
.
«Исон Блэкбоунс»
Вулкан всколыхнул магнитное поле Акиллианы. Спешивший на помощь пострадавшей планете пиратский корабль рухнул прямо в бурлящее раскаленной злобой море огня и погрузился полностью. Обшивка, может, и выдержала. Но отправиться на поиски погребенных заживо в металлической клетке не взялся никто. «Корсо Скифски. Арти Моллис. Стивенс Фрай. Беннетт Лаэтти.» - все здесь же. Молюсь, что кровные друзья не расстались и в смерти.

.
Я подношу бумагу к Вечному Огню мемориала, питающемуся тем же жаром, что 15 лет назад оставил вместо сотен и тысяч людей лишь уродливые тени на поверхностях скал и домов. Тени, все еще кричащие, все еще изогнутые, искореженные мукой и отчаянием. И каждая из теней еще стремится убежать от навсегда застывшего в сгоревших глазах ужаса. И в каждой из этих теней, если прислушаться отнюдь не ушами, все еще скорбным, сдавливающим горло набатом бьется сердце.
Достаю из кармана еще один клочок бумаги – старый и потертый. Его мне дал ты в прошлую годовщину трагедии и заставил поклясться, что не прочту, пока не приду домой. Прочитав, я тут же позвонил братьям Трану и Ахито Огури и понесся к вулкану. Мы нашли тебя в одной из расселин – окровавленного, переломанного, с вывернутыми конечностями, распластавшегося на камнях и неподвижно уставившегося в серое сумеречное небо. Но по какой-то неведомой причине – живого.
.
В миллионный раз читаю записку: «Жизнь отобрала у меня все. Поэтому теперь я выбираю смерть. И, кстати, да… сейчас я уже умер.» В миллионный раз отвечаю безмолвному клочку: «Ты не умер. Ты застрял. Но если тебе так хочется – я отпою тебя живого.»
Прыгающими дергаными буквами (по которым какой-нибудь начитавшийся популярных книжек супер-психолог сделал бы заключение о легком, непостоянном нраве и отсутствии забот) царапаю на бумаге:
«Джок Блэкбоунс»
Комкаю и швыряю в огонь. Снова достаю сигарету и начинаю спускаться.
свернуть ветку
Скотина. Ты жив даже сейчас, хотя 14 лет подряд надоедал всем пафосными мыслями других людей об изначальном превосходстве смерти над жизнью в человеке. О чем ты думаешь сейчас, парализованный и безмолвный, полулежа разрушенным, переломанным телом на подушках кушетки в одной из комнат моего дома? Что ты видишь невидящими глазами на обоях фисташкового цвета? Что чувствуешь, когда я делаю тебе уколы, переодеваю, мою, кормлю из трубочки? Мечтаешь ли вновь ощутить и напрячь атрофировавшиеся за год мышцы? Понимаешь ли меня, когда при знакомстве с женщинами я сразу говорю им о той ноше, которую сознательно принял – о тебе? И они сразу же разбегаются, каким бы весельчаком и балагуром-очаровахой я ни казался.
Все еще выбираешь смерть и считаешь, что вера мертва? Нет, Джок, я упрямее тебя. И сильнее. Я все еще верю в исследования доктора Симбайи Долор-Маа, поклявшейся поставить тебя на ноги. Я все еще вскакиваю по ночам, услышав скрип половиц в доме, и несусь в твою комнату, надеясь на чудо. Все еще стригу твои волосы хулиганским ежиком, зная, что тебе эта прическа казалась самой мужественной.
Да, я 12 месяцев забочусь о твоем неподвижном теле. Да - я 14 лет до этого навещал тебя в Доме Лечения Души. И да – ты сам обрек меня на это. Но, несмотря на все, я еще люблю тебя. И скучаю. И ты все еще мой друг. Вот так просто.
.
Я снова поправляю тебе подушку, поворачиваюсь к окну и улыбаюсь садящемуся прямо в жерло вулкана Бь солнцу, создающему иллюзию нового извержения. Жизнь продолжается. Скоро потеплеет и будет солнечно. Я наклею здесь новые яркие обои. И, может даже, приглашу в гости наших ребят.
Выходя из комнаты, я поднимаю взгляд на твое будто восковое тело, укутанное проводами, датчиками и трубочками.
- И кстати, да…я научу тебя жить заново. Обязательно научу.
свернуть ветку
«Майа Ингварра. Корсо Скифски. Арти Моллис. Стивенс Фрай. Беннетт Лаэтти.»
...Трану и Ахито Огури...
...Симбайи Долор-Маа...
Фамилии просто чудесные *о* И название вулкана тоже, и сама идея с извержением и потерей Дыхания.
Вообще фик шикарен, и да - конец вселяет надежду. Джок такой Джок.
Не люблю я Майкро, но тут он такой, что прям нельзя не любить.
Спасибо^^
свернуть ветку
Спасиииип ! фанф очень экспериментальный, частично родившийся бессонной ночью, поэтому очень рада, что понравился и по идее, и по реализации ^^
про фамилии - данке шееен ^___^ у тебя их получается очень клево придумывать, и здорово, что у меня получилось тоже :)

>>> Джок такой Джок.
Честно очень старалась не укатиться в оос и показать, что могло бы с ним случиться без Дыхания и футбола .. )

>>>Не люблю я Майкро, но тут он такой, что прям нельзя не любить.
** автор счастлив и машет ручками, хоть тоже не самый большой фан Майкро, но хотелось показать его именно таким :3 **
свернуть ветку
Да,Майкро здесь выступает реально классным и верным другом!
Так держать!!!))))*
свернуть ветку
Спасип, рада, что удалось показать его таким :)
свернуть ветку
фамилии у тя классные,ток мну фамилии Ахито и Трана огурцы напоминают.....))
свернуть ветку
ну почему все такое грусное..??
свернуть ветку
намечается комедия - постараюсь развеселить :))

спасибо ^^
ОгУри - это фамилия одного симпатичного японского актера.) остальные - придуманные мной.
свернуть ветку
а имя актера?^^
свернуть ветку
Шун =) Шун Огури - в "Куросу Зеро" ("Вороны") играл Генджи Такайу - соперника моего любимца Тамао Серизавы (Ямада Такаюки) ^_^
свернуть ветку
название ня, мб посмотрю :3
свернуть ветку
Там 2 части - обе очень клевые ^^
и смешные, и динамичные, и с мыслью, и актеры няшные ^^
свернуть ветку
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.