![Остальные виды спорта: Брюс Гроббелар Bruce Grobbelaar](http://sportonline.biz/uploads/pics143/ostalnie-vidi-sporta-bryus-grobbelar-bruce-grobbelaar.jpg)
Гораздо проще написать о заурядном футболисте, чем о какой-то оригинальной личности. Тем более, если личность эта интересна и далеко за пределами футбольного поля. Более того, пойдем еще дальше, назвав Гроббелаара не просто оригиналом, а уникальнейшим человеком. Ибо такого второго не назвать! Гроббелаар — человек, многого добившийся в футболе, хотя и поздно начавший в него серьезно играть. Гроббелаар — вратарь, рядом с которым в английском футболе по количеству титулов может стоять разве что датчанин Шмайхель, да и в Европе немногие посоперничают. Гроббелаар — человек, которого трибуны боготворили, которого любили фаны. Гроббелаар — человек, который никого не оставлял равнодушным. Хотя и были вратари гораздо более сильные, более талантливые, чем Брюс. И таких вратарей было немало. В том же «Ливерпуле» — Рэй Клеменс, предшественник Брюса... И, как хотите воспринимайте, Гроббелаар, несмотря на все его заскоки, несмотря на тяжелую судьбу и проблемы с законом — обязан вызывать симпатии! Ибо, как бельгиец Жан-Мари Пфафф, как немец Тони Шумахер, он чуть ли не в каждом матче выкидывал такое, от чего болельщики на трибунах держались за животы, вытирали слезы и независимо от результата уходили домой с приподнятым настроением. А фаны «Красных» называли его «Clown» («клоун»).
Родилась будущая легенда «Ливерпуля» 6 октября 1957 года в г. Дурбан (Южная Африка) в семье богатого белого фермера. В то время в северном соседе ЮАР, Южной Родезии, бушевали шекспировско-джонридовские страсти. Страна сия, как и многие прочие, долгое время управлялась британской короной. При этом, по вполне понятным причинам, большинство жителей относились к негроидной расе. Однако это не помешало белому меньшинству в 1965 году провозгласить одностороннюю независимость от Великобритании. В ответ коренное население развернуло партизанскую войну во всех уголках Южной Родезии. Жестокая война (в которой на одной стороне сражались власти ЮАР и Южной Родезии, в первую очередь — наемники со всей планеты, людей катастрофически не хватало, а на другой — черное население, усиленное кубинскими «военными специалистами») затянулась. А когда черные (по цвету кожи) оппозиционные силы объединились и создали единую партию — ППФ (Партию патриотического фронта. Точнее говоря, она была создана еще в 1963 году, но лидером освободительного движения стала гораздо позже), положение властей резко пошатнулось...
свернуть ветку
Ту первую свою операцию Брюс не забудет никогда. Неоднократно в различных интервью он вспоминал ее подробности: «В первую же ночь террористы атаковали наш лагерь. Я тогда стоял в дозоре и застрелил двоих. А иначе нельзя — это война! На ней выживает тот, кто выстрелит и раньше, и точнее!».
Так прошла его первая и не совсем успешная операция (голову Мугабе-то не добыли!), а всего таких было не один и не два десятка. И количество человеческих жизней на личном счету Гроббелаара наверняка исчисляется далеко не единицами! Ведь воевал Брюс целых полтора года! И никаким расизмом в его действиях и не пахло! Тогда его работа состояла в том, чтобы убивать черных (иначе они убили бы его!). Сейчас он их тренирует. Сохраняя полную невозмутимость — наверняка Гроббелаар оказался одним из немногих, на кого трагедии «Эйзеля» и «Хиллсборо» (одни из самых страшных в истории футбола. А ведь Брюс наблюдал обе — ему предстояло выходить на поле...) не произвели особого впечатления — видал он и похуже. Хотя не стоит пускаться в столь далеко идущие предположения. Человеческая голова — предмет темный, даже если принадлежит белому!
свернуть ветку
Прекрасно поняв, что как футболист он ничего не добьется ни в Южной Родезии, ни в Южной Африке и ни в Африке вообще, Гроббелаар отправляется в Британию. Молодой парень твердо решил, что зарабатывать на жизнь будет не
войной, а на футбольном поле. Ну а свое решение такой человек с железной волей, как Гроббелаар, не поменяет. И вот он восстанавливает вратарские навыки в Канаде, в загадочном клубе «Ванкуверские белые кепки» и даже совершает непродолжительный хадж в метрополию - в скромную «Крю Александру», где он провел 24 матча, умудрившись забить один гол (смешной, как и вся карьера Гроббелаара. Это не пенальти, не штрафной, а элементарный ляп вратаря соперника, пропустивший мяч, посланный чуть ли не от противоположной штрафной!). Официальная история «Ливерпуля» по этому поводу иронично замечает: «Вряд ли пребывание в «Крю» убедило Гроббелаара, что он создан для подвигов в английском футболе...». И потому Брюс скромно вернулся к «Кепкам». Однако что-то в нем все-таки заметили, причем заметили не кто-нибудь, а селекционеры великой команды Боба Пейсли. 250 тысяч фунтов — довольно солидная за никому не известного кипера сумма, и в марте 1981 года начинается новая эпоха в карьере Гроббелаара. Ливерпульская!
свернуть ветку
Однако период смены поколений назревал. Уходил Томпсон, уходил Клеменс, а, самое главное, «Ливерпуль» — легенда английского футбола! — бесславно отдавал чемпионат какой-то «Астон Вилле» — команде без звезд, без личностей и практически без сборников. Чтобы найти замену Клеменсу, просмотрели не одного вратаря из клубов низших лиг. Просматривали, браковали, приглашали новых. Так вышли на Брюса, которому неожиданно и суждено было стать основным кипером «Ливерпуля» на долгие годы. Поначалу фанаты не приняли новичка. Они любили Рэя Клеменса, не хотели с ним расставаться и никак не могли представить, что no1 в «Ливерпуле» может принадлежать кому-то другому. Но пришел Гроббелаар, выдержал давление, и спустя уже некоторое время только отпетые консерваторы с сожалением вспоминали о временах Клеменса (А продажа Клеменса не была, при всей нашей приязни к Брюсу, делом преждевременным. Списание из «Ливерпуля» не помешало ветерану еще шесть сезонов очень добросовестно отыграть за «Тоттенхэм». Лондонцы охотно прикупили Рэя за триста тысяч, причем еще похихикали за спиной ливерпульцев. Смена поколений всегда такой болезненный процесс...).
свернуть ветку
А как вам его прикол в матче с «Тоттенхэмом»? У «Шпор» на эмблеме нарисована птичка, а-ля петух, с расфуфырившимся хвостом. Весь первый тайм фаны «Хотспур» освистывали Гроббелаара (вполне естественно, между прочим, — вратарь противника как-никак!). И тогда на вторую половину встречи Брюс взял с собой на поле веер. Фаны принялись за старое. В ответ Гроббелаар делает низкий поклон, и веер (читай - хвост) раскрывается! И стоило фанам «Шпор» что-то вякнуть в адрес«Клоуна», как тот, если игра шла на противоположной половине поля, доставал из-за линии ворот любимый веер, вытягивал шею и важно ходил по штрафной, словно птица с эмблемы лондонского клуба!
Из воспоминаний одного из лучших форвардов «Арсенала» конца 80-х - начала 90-х Алана Смита: «Я получаю потрясающий пас из глубины, выхожу один на один с Гроббелааром. Между нами никого нет. Поднимаю голову, чтобы оценить его позицию, его действия, и вижу, что на меня несется, размахивая руками и ногами, нечто страшное с горящими бешеными глазами и орет: «Алан, помоги, трусы!». Ну я и помог, запустив с перепугу мяч метра на три в сторону от ворот!.. Как же я потом хотел стащить с него эти красные трусы и отделать!».
свернуть ветку
Тот же свой единственный Кубок чемпионов при Гроббелааре «Ливерпуль» выиграл по пенальти. А соперник был не кто-нибудь, а итальянская «Рома», а игра проходила не где-нибудь, а на римском «Стадио Олимпико», а трибуны были не как-нибудь, а переполнены, а судьей выступал не Бог весть кто, а швед Фредрикссон — тот самый, которого поклонники нашего футбола со стажем помнят по скандально известным матчам ЧМ-86 Бельгия — СССР (1/8 финала) и ЧМ-90 Аргентина — СССР (гр. турнир) — соотечественник легендарного наставника «Ромы» Нильса Лидхольма, между прочим! Так вот, из четырех пенальти «Рома» забила лишь два. И кто не реализовал 11-метровые? Легенды итальянского футбола, чемпионы мира 1982 года, форварды сборной Италии — Бруно Конти, сделавший голевую передачу на голову Пруццо, после которой тот на 44-й минуте сравнял счет (1:1), и Франческо Грациани! Грациани, кстати, отметил, что телодвижения, проделанные Гроббелааром, помешали ему сосредоточиться. Причем не Гроббелаар отразил их удары, а итальянцы пробили мимо! Вот вам и методы Брюса. Отметим, что тот матч считается одним из двух лучших поединков в карьере Гроббелаара.
свернуть ветку
Потом уже дискотеку устроили фаны «Ливерпуля»! Впрочем, и Гроббелаар свой второй Кубок Англии отметил оригинально. В Англии существовала традиция. Обладатели Кубка преодолевали знаменитые 39 ступенек, отделяющие ядро стадиона от королевской ложи, чтобы получить заветный трофей из рук королевы. Впереди шел капитан команды, которому и оказывалась почетная честь первым принять Кубок. Капитаном того «Ливерпуля» был ирландец Рон Уилан. Следом шел Гроббелаар. Уилан получил из рук королевы Кубок, а Брюсу досталось только крепкое рукопожатие. Возмущенный несправедливостью (в шутку, естественно!), он снимает с Кубка Англии крышечку и одевает ее на голову Уилана! Всем весело, всем хорошо!
А тогда, в 1986-м, у «Эвертона» был отменный шанс отыграться за поражение в чемпионате. Но ему не позволили это сделать Гроббелаар вкупе с Ианом Рашем. Валлиец сделал дубль, а Брюс тянул все, что можно было вытянуть. Хотя первым пропустил именно он. Но как можно обвинить в пропущенном, мяче голкипера, если он парировал удар вышедшего с ним тет-а-тет соперника, а капитулировал только после повторного выстрела. Зато какие мячи он доставал! Чего, например, стоит такой сэйв. Центрфорвард «Эвертона» шотландец Грэм Шарп в падении головой с линии штрафной по навесной траектории отправлял мяч под перекладину (почти в девятку), а Гроббелаар, находившийся у дальнего угла штрафной, успел развернуться, по диагонали прибежать к воротам и в высочайшем, извините за сравнение, обезьяньем прыжке перевести снаряд на угловой!
свернуть ветку
Хорош он был и в финале, несмотря на возраст, который изменил внешний вид кипера (появилась конкретная залысина), но никак не его веселый нрав. Он не только отражал удары игроков «Сандерленда», но и начинал атаки «Ливерпуля». Причем именно с него началась комбинация на 47-й минуте игры, завершившаяся первым голом — голом Майкла Томаса. «Ливерпуль» выиграл 2:0 и на столь высокой ноте практически простился с Брюсом. Купили Дэвида Джеймса, и в следующем сезоне Гроббелаар, которого еще и травмы одолели, почти бесповоротно уступил место в воротах молодым коллегам — Хуперу да Джеймсу...
свернуть ветку
Хорош он был и в финале, несмотря на возраст, который изменил внешний вид кипера (появилась конкретная залысина), но никак не его веселый нрав. Он не только отражал удары игроков «Сандерленда», но и начинал атаки «Ливерпуля». Причем именно с него началась комбинация на 47-й минуте игры, завершившаяся первым голом — голом Майкла Томаса. «Ливерпуль» выиграл 2:0 и на столь высокой ноте практически простился с Брюсом. Купили Дэвида Джеймса, и в следующем сезоне Гроббелаар, которого еще и травмы одолели, почти бесповоротно уступил место в воротах молодым коллегам — Хуперу да Джеймсу...
свернуть ветку
свернуть ветку
Радченко вываливается с ним тет-а-тет, пытается обыграть, пробрасывает мяч в сторону, и Брюс хватает Дмитрия за ногу. Фол последней надежды, пенальти, удаление, численное меньшинство. Вместо Брюса выходит Майк Хупер и пропускает сначала с пенальти от Карпина, а затем еще и с игры от Пятницкого. 4:2 в пользу «Спартака» и минимум шансов у «Ливерпуля» пробиться в четвертьфинал. Пожалуй, именно этот матч и подвел черту под блестящей карьерой Гроббелаара в «Ливерпуле», да и в воротах вообще.
Основным кипером «Ливерпуля» сначала стал Хупер, долгое время гревший банку за спиной Гроббелаара, а затем Джеймс. И как фаны «Красных» не приняли поначалу Гроббелаара, так не принимали они и Хупера с Джеймсом. Они освистывали их только потому, что те выходили на поле, а Гроббелаар оставался на скамейке, только потому, что они занимал место их любимого «Клоуна». И тот зрительский прессинг, который с честью и достоинством выдержал Гроббелаар, стал преградой, прежде всего, перспективному Джеймсу. И, более того, нет никаких сомнений, что именно фаны «Ливерпуля» не позволили Додику Джеймсу стать вратарем высокого класса, оправдать те авансы, которые Джеймсу выдавались в юношеском возрасте. Его ведь называли самым толковым вратарем Англии, тем, кому по силам продолжить славные традиции Бэнкса, Клеменса, Шилтона, став вратарем no1 не только «Ливерпуля» (из этого трио цвета «Ливерпуля» защищал только Клеменс), но и сборной Англии.
свернуть ветку
Джеймс играл плохо, с ним плохо играл и «Ливерпуль». Гроббелаара же в марте 1993 года руководство «Красных» сплавило в аренду в «Сток Сити». Казалось, навсегда, но под давлением общественности Брюса вернули. Увы! Время его прошло окончательно и бесповоротно. Брюсу дали шанс вернуться, он его упустил. Это поняли и фаны, но, как дети, не желающие признавать, что любимая игрушка пришла в негодность, не хотели расставаться со своим кумиром. Который тоже не хотел признать очевидное и скитался по английским клубам низших дивизионов (не считая сезона в «Саутгемптоне»), Жалкая пародия на того Брюса...
Ушел Хупер, ушел Джеймс, к которому фанаты стали терпимее, но который так и не стал демонстрировать стабильную игру высокого класса, ушел Гроббелаар. А с Гроббелааром канули в Лету и славные времена «Ливерпуля», который наводил ужас на весь мир в 80-х, но который не выиграл ни одного значимого турнира после ухода Гроб¬белаара! Хотя оставались ведь после него лидеры команды — Раш, Макманаман, Хоутон, Сандерс, Марк Райт и другие. Но не было Гроббелаара!
свернуть ветку
Вот таким был Брюс солдатом, таким был он футболистом, таким он был вратарем, таким он был клоуном. А теперь Брюс — «бизнесмен»...
свернуть ветку
Брюс убыл в ЮАР, где пообтерся и успокоился. После чего воспылал жаждой мести. Нанял новую бригаду адвокатов и подал в суд на газетенку — пусть ответят за клевету! Гонораром должны были послужить выигранные деньги — Гроббелаар требовал ни много ни мало полтора миллиона. Суд первой инстанции признал правоту бывшего вратаря, но ограничился взысканием в 85 тысяч фунтов. Теперь уже взбеленилась газетенка, авторитету которой был нанесен удар. Проблема газетчиков заключалась в том, что главным доказательством их правоту служили... высказывания самого Гроббелаара, записанные на пленку, и видеозаписи матчей — более чем зыбкий фундамент! Тем не менее две недели назад апелляционный суд впервые в истории британского судопроизводства вынес решение, не просто отменяющее предыдущее, а еще и заявил об этом самым недвусмысленным образом (доселе судьи не комментировали дело): «Предыдущий, отменный нами вердикт — это позор нашей юстиции. Коррумпированность Гроббелаара была доказана со всей очевидностью!»
В легком ужасе был Гроббелаар, над которым снова встал грозный призрак отлучения от футбола навсегда и везде, а также тяжелых штрафов (только проигрыш дела может стоить ему полмиллиона). В тяжелом ужасе были и чиновники Футбольной ассоциации — значит, на их решения наплевать и забыть?! В ужасе оказались и южноафриканские футбольные круги — кого пригрели?! Ой, что будет?
свернуть ветку
В 2000 году Брюс приехал в Англию на благотворительный матч, организованный Мариной Далглиш, женой Кенни Далглиша, которая смогла победить рак, сборы с матча пошли на исследования раковых заболеваний. Матч повторял финал Кубка Англии 1986 — «Ливерпуль»—«Эвертон». «Ливерпуль» выиграл 1:0.
В 2004—2006 годах Гроббелаар работал комментатором на телеканале «Sky One».
На официальном фан-сайте «Ливерпуля» был организован опрос по определению лучших игроков за 100 лет, Гроббелар занял второе место среди голкиперов клуба.
В 2007 году Гроббелаар сыграл несколько матчей, помогая командам низших английских лиг сохранить прописку в своем дивизионе.
свернуть ветку
__________________________________________________
Вы родились в Южной Африке, но люди знают вас как уроженца Родезии или Зимбабве. Вы были совсем маленьким, когда переехали в Родезию?
- Мне было два месяца от роду. Сбежать я не мог, потому что еще не умел ходить. Мой папа получил работу на железной дороге, и мы с мамой и сестрой поехали с ним.
Так ты таки южноафриканец, родезиец или зимбабвиец?
- Я был родезийцем, а стал зимбабвийцем, ибо это страна, в которой я вырос и научился играть в футбол.
У вас было счастливое детство?
- Детство у меня было отличное, да. Папа работал на железке, и, когда мне было 10 лет, они с мамой развелись. Мама одна растила троих детей, работая на обувном складе. Она хорошо нас воспитывала, погода всегда позволяла нам заниматься спортом и учиться в школе.
Когда вы впервые прикоснулись к игре под названием футбол?
- Это было в мои семь лет, когда я ходил в школу им. Дэвида Ливингстона. Школа была обычной, но они заметили мой талант. К 10 годам я играл во второй команде школы, в 11 - уже в первой, а после 12 настали старшие классы, где в футбол не играли. Там процветал регби. Чтобы играть в футбол, нужно было искать себе клуб. А так я играл в регби и крикет, а потом - в бейсбол и футбол.
свернуть ветку
- Нет, я всегда был вратарем, начиная с 7 лет. Я сразу понял, что в поле бегают двадцать сумасшедших парней и гоняются за мячом, поэтому я предпочитал стоять в воротах и заниматься своим делом.
Ты следил из Африки за европейским футболом?
- Первым клубом, о котором я мечтал, был «Дерби Каунти», потому что они играли на стадионе «Бейсбол Граунд». Я играл в бейсбол и считал, что они были бы отличной командой для меня. Они, должно быть, играли в бейсбол в Англии, думал я. И когда узнал, что ни в какой бейсбол они не играют, мечты о «Дерби» были выкинуты в окно. В то время - 74 год - «Ливерпуль» был на коне, а я к тому же любил птиц. Эта птичка покорила меня, и «Ливерпуль» стал командой, в которой я хотел играть. Когда я служил в армии, я однажды сказал троим моим сослуживцам: «Настанет день, и я буду играть за «Ливерпуль». Они до сих пор с улыбкой об этом вспоминают, ведь тогда они подняли меня на смех. Они говорили: «Ну-ну, мечтай, только завтра мы можем попасть в засаду, и нас подстрелят». Но я таки исполнил свою мечту, так-то вот.
свернуть ветку
- Знатное было время для того, чтобы учиться жизни. Я там быстро повзрослел в свои-то семнадцать. Мы патрулировали границу с Мозамбиком, выменивали у них шоколад за сигареты. А на Рождество 75-го года они начали нас обстреливать. Вот так ты надеешься через год уйти на гражданку, а начинается война, и никаких надежд уже нет.
Многие из моих сослуживцев были ранены и многие убиты. Взрослым становишься тогда, когда понимаешь цену жизни. Выжить было просто божьм даром. Если ты можешь жить и наслаждаться жизнию - в этом и есть ее смысл. Вот почему я всегда играл с улыбкой на лице, потому что я играл в футбол и наслаждался им, имея за спиной войну и потерянные жизни. Абсолютно тупую войну.
Тот опыт стал самым важным в вашей жизни?
- В жизни нужно быть оптимистом. Живем ведь только раз. И на нас смотрят, как мы себя проявим. Если люди будут улыбаться, глядя на меня - я и сам буду счастлив. Вот так я жил всегда.
свернуть ветку
- Было супер. Когда я присоединился к Тони Уэйтерсу в Ванкувере, я сразу полюбил это место, ведь там было просто замечательно. Тони сказал, что они очень хотели заполучить меня из «Крю» и построить команду вокруг меня и Карла Валентина из «Олдхэма». В то время их вратарем был Фил Паркес, но он уезжал в портлендскую команду. В первый год я сыграл всего четыре игры, и мы в итоге выиграли Соккербоул. В следующем сезоне я сыграл половину матчей, но на меня надеялись. И вот один раз приехали люди - меня просматривать, мы тогда играли на «Эмпайр Стэдиум» против «Сан Диего Соккерс». После игры Тони Уэйтерс сказал мне: «Тебе нужно поговорить с двумя важными особами, которые приехали поглядеть на тебя». Я сказал: «Дай догадаюсь: они из «Ливерпуля»?
«Да, а как ты узнал?» Я ответил: «Они же приезжали смотреть на меня еще в матчах за «Крю». Долго же им пришлось сюда добираться». Это были Том Сондерс и Боб Пэйсли, и последний сразу спросил меня: «Хочешь играть в «Ливерпуле?» Я сказал - да. Боб повернулся к Сондерсу и сказал: «Ну и все». И вышел из офиса. Я как-то даже не понял, собирался он меня подписывать или нет, но через шесть недель мне пришло приглашение от них.
свернуть ветку
- В первое время я вообще не мог с ним работать, ибо не понимал его. Когда я впервые ехал в клуб, пришлось лететь из аэропорта Хитроу в Манчестер - я думал, что меня кто-то встретит в Лондоне, но никого не было. Я позвонил и попросил соединить с Бобом Пэйсли и сказал: «Мистер Пэйсли, это мистер Гроббелар». Он ответил: «Ты знаешь, где находится Манчестер?» - и повесил трубку. Я отправился в Манчестер, потому что понял, что меня там кто-то встретит, но там опять никого не было. Я понятия не имел, куда идти. Я снова позвонил в клуб, и секретарь сказала мне: «Вы знаете, где находится Ливерпуль?» - и тоже положила трубку. Долго же я туда добирался...
Когда я все-таки попал на «Энфилд», ворота были закрыты. Я отправился в город и попытался найти гостиницу, но мест нигде не было. Я зашел в «Бихайв», небольшой паб, и там мне сказали: «Почему бы тебе не поехать в отель «Адельфи?», но когда я туда приехал и спросил у девушки, есть ли места, она ответила - нет. И вдруг я заметил там Пэйсли и Сондерса - они там разменивали деньги - и Том сказал: «А я уж думал, ты никогда до нас не дойдешь». Они там сидели и делали ставки - доберусь я туда или нет. Это было 17 марта, как сейчас помню.
свернуть ветку
- Надо сказать, что тогда в клубе были Рэй Клеменс и Стив Огризович из резервов. Рэй и я давали интервью одному репортеру, и парень спросил меня: «Вы будете вторым вратарем после Клеменса?», на что я ответил, что уважаю великого вратаря, но я здесь не для того, чтобы отсиживаться в тени. А Рэй добавил: «Я буду играть здесь еще некоторое время и научу Брюса тому, что называется The Liverpool Way». И пока длились каникулы, я неожиданно узнал, что Рэй уехал в «Тоттенхэм», и в команде остались мы со Стивом. Когда мы начали предсезонку, я думаю, Стив знал о моем намерении не уступать место в воротах и попросил о трансфере. Он ушел в «Шрюсбури Таун», а мне на замену взяли Боба Уардла. Так все началось.
Верно ли, что твои первые 4-5 месяцев в «Ливерпуле» были неудачными?
- Да, пожалуй, что так. В «боксинг дэй» мы шли 13-ми в лиге, на 13 очков отставая от лидера, и проиграли «Манчестер Сити» 1:3. Боб Пэйсли впихнул меня в душевую и просто спросил: «Ну и как прошли твои первые шесть месяцев?» Я ответил: «Могло быть и лучше». Боб хмыкнул: «Это уж точно. Слушай, если не прекратишь свои нелепые выходки - окажешься снова в «Крю». И вышел. Это подействовало на меня, и я больше не мог проделывать все те штуки, которые себе позволял: сидеть на штанге, ходить по штрафной площади на руках и постоянно болтать языком. Боб поставил меня на место, и я усвоил урок.
свернуть ветку
- Еще какой. К несчастью, Стив Арчибальд забил первый гол: я отбил первый удар, но потом он обвел меня и уложил мяч в сетку. Потом во втором тайме мы переломили игру и выиграли 3:1 - это был великий финал, и особенно потому, что я играл против своего предшественника на воротах «Ливерпуля». Он только сказал мне: «Отличная игра. Удачи тебе в будущем». Он великий человек.
Расскажите еще о некоторых играх, ведь у вас есть много интересных историй. Например, о первом дерби на «Гудисоне».
- Меня называли Принцем Клоунов, причем про клоуна добавили фанаты «Эвертона». Первый тайм мы проиграли 0:1, и когда я выходил на второй, трое болельщиков «ирисок» подбежили ко мне и вручили плакат с надписью «Брюс - клоун» и сфотографировались со мной. Я поставил плакат у скамейки у ворот, и во втором тайме мы забили три безответных мяча. Я повернулся к их болельщикам и помахал им: эти три парня получили свое, и было смешно, что они завели меня так, что я сыграл одну из своих лучших игр.
свернуть ветку
- На «Энфилде» у меня был небольшой ритуал, когда я пытался мячом издали выключить свет в раздевалке, и не уходил, пока у меня не получалось. Однажды я начал этим заниматься, но парни начали выходить, и кто-то вырубил свет и крикнул мне: «Да выходи уже!» Больше я так не делал.
Расскажите про серию пенальти в финале Кубка чемпионов 1984 года в Риме.
- Джо Фэган приобнял меня тогда и сказал: «Слушай: ни я, ни тренеры, ни хозяин, ни директора, ни ребята, ни болельщики не обвинят тебя, если ты не сможешь остановить летящий мяч, пущенный с 12 ярдов». Это меня здорово подбодрило, сбросило груз с плеч. И когда я пошел к штрафной, он сказал: «Постарайся задурить их». Так я и сделал. Мне удалось задурить головы двум игрокам, итальянцам, Бруно Конти и Грациани.
свернуть ветку
- Это было непросто, я вам скажу. Один друг как то сказал мне, что если я останусь в Ливерпуле, я превращусь в этакого Джорджа Беста, мол, ночная жизнь сведет меня с катушек. Он сказал: «Ты должен после игр возвращаться домой и не жить в Ливерпуле». Я купил домик в Уэльсе и ездил каждый день туда и обратно по 55 минут. Но один раз мы решили отправиться на Рождество в Токио на самолете. Был снег, и добираться до Ливерпуля мне было очень сложно, я опоздал на автобус... В общем Боб Пэйсли обратился ко мне: «Слушай, где ты живешь вообще?» Я ответил, что живу в Северном Уэльсе, и он велел мне купить домик в Ливерпуле. Так я и поступил, переехав в Дерби Вилладж, недалеко от нашей базы, а потом перебравшись в Виррал.
Я очень люблю скаузеров, их чувство юмора и их разумность. В Англии есть два места, где люди разумны - это северо-запад - Мерсисайд и северо-восток. Это два места, где болельщики готовы умереть за их команду. К несчастью, именно так и случалось дважды в истории, и это самые ужасные события в моей карьере здесь.
свернуть ветку
- Да, причем, я узнал это весьма оригинальным способом. Однажды я сидел в раздевалке, и мне на глаза попалась программка матча, и там были несколько фотографий. На одной из них Стэплтон бил пенальти. Я почти сразу забыл об этом, но сразу вспомнил, когда мы получили пенальти в наши ворота в игре. Я бросился в тот же угол, куда Фрэнк бил на фото, и отбил удар.
В том сезоне вы в первый раз выиграл чемпионат...
- Да, мы выиграли лигу, и еще была игра в запасе. Мы поехали играть с «Миддлсбро», в обед пропустили пару пива... Сыграли вничью [1:1], и тренер вместе с Джо Фэганом праздновали прямо на тренерской скамейке с бутылкой скотча. Это было великолепное чувство.
свернуть ветку